Смоленское кладбище в Санкт-Петербурге — место особой духовной силы и исторической значимости. Здесь покоится блаженная Ксения Петербургская, канонизированная в 1988 году, чья часовня стала центром притяжения для паломников. Рядом с ней нашли вечный покой многие яркие личности: отец Игоря Гуляева, создававший наряды для Аллы Пугачевой, неповторимая Людмила Сенчина, восхищавшаяся его талантом, и легендарный Эдуард Хиль, чья судьба неразрывно связана с этим местом.
Путь веры и творчества
Эдуард Хиль — певец, педагог, лауреат премии Ленинского комсомола — обрел духовную опору в зрелые годы, приняв крещение. Он стал прихожанином храма Смоленской иконы Божией Матери, где настоятель разрешил ему молиться среди священнослужителей в алтаре. Этот дар стал символом глубокой веры артиста, которая сопровождала его до конца дней.
Благословение святой Ксении
За два года до ухода Хиля протоиерей Геннадий Беловолов пригласил его выступить на концерте в честь Ксении Петербургской. Для певца это стало возвращением к истокам: именно у могилы святой он когда-то просил помощи в поступлении в консерваторию. И чудо свершилось — блаженная услышала его молитву, открыв дорогу к музыкальному Олимпу.
Последний аккорд судьбы
В апреле 2012 года артист столкнулся с серьезным испытанием — стволовым инсультом. Несмотря на усилия врачей Мариинской больницы и института имени Поленова, 4 июня его сердце перестало биться. Поразительно, но последний приют он обрел рядом с могилой Ксении Петербургской, словно замкнув круг своей удивительной судьбы.
Памятник светлой памяти
Создание монумента стало для семьи задачей особой важности. После семи неудачных эскизов сын Дмитрий нашел идеал в работе Юрия Евграфова. Установленный в день 80-летия Хиля памятник в форме сердца или рояльной крышки запечатлел его улыбку, сценический образ и мудрое отношение к жизни. Автограф с петушком и скромная надпись «В крещении Георгий» отражают главное — память сердца сильнее любых слов.
Сегодня этот светлый монумент напоминает: истинное искусство и глубокая вера оставляют след, который время не властно стереть. А тихие молитвы у места его упокоения говорят о любви зрителей куда красноречивее мрамора и бронзы.
