Россия потрясена развитием громкой истории, в центре которой оказалась Юлия Купецкая, глава администрации Мытищ, и вмешательство Александра Бастрыкина, руководителя Следственного комитета РФ. На Петербургском международном юридическом форуме Бастрыкин выступил с резонансным заявлением, что администрация Купецкой причастна к незаконной схеме выдачи жилищных сертификатов мигрантам. Но все попытки довести расследование мошеннических схем до суда обрывались — прокуроры неожиданно прекращали дела, несмотря на упорство следователей.
«Ситуация с Купецкой крайне прозрачна: человек состоятельный, влиятельный, однако умудряется избегать последствий своих поступков. Уже привлекаем к ответственности одного из заместителей главы администрации», — жестко отметил Александр Бастрыкин перед участниками форума.
Родственные связи — повод для манипуляций?
Из слов главы СКР становится ясно: по крайней мере одна семья мигрантов, получившая сертификат на жилье в Мытищах, фактически проживала в России совсем недолго. При этом были представлены сведения не только о наличии двух несовершеннолетних детей, но и о родственниках, якобы участвующих в специальной военной операции. Однако последующая проверка показала: эти самые родственники давно имели судимости, связанные с распространением запрещённых веществ — никакой героической истории службы Родине у них не оказалось. На этом фоне допускается вероятность более масштабных махинаций, охвативших и другие регионы страны.
В СКР утверждают: жители всё чаще обращаются с вопросами, почему именно мигранты часто становятся первыми в очереди на субсидии при учёте ограниченных ресурсов для получения жилья. В некоторых случаях признаки злоупотреблений столь явные, что игнорировать их невозможно — и общественное недовольство продолжает расти.
Следствие и прокурорские войны — кто истинный бенефициар?
Тем временем подробности январской операции в Мытищах всё глубже погружают общественность в состояние тревоги. Одна из подозреваемых — уроженка Таджикистана Тахмина Самадова. Именно ей удалось получить субсидию на покупку жилья на сумму, превышающую 24 миллиона рублей. В Следственном комитете настаивают: женщина всячески занижала официальный доход супруга, чтобы пройти по критериям поддержки. При этом, по версии Купецкой, муж и сама Самадова уже давно — четырнадцать лет — обладают российским гражданством, что по её мнению, исключало признаки мошенничества. Позиции сторон, мягко говоря, диаметрально противоположны.
Разобраться, где ложь, а где правда, становится всё сложнее. Каждый новый виток расследования сопровождается вмешательством из прокуратуры: возбуждённые дела аннулируются, подозреваемые остаются на свободе, а жильё продолжает распределяться по сомнительным схемам. В результате складывается ощущение, что война ведомств за истину превратилась в тихий торг, победителей в котором нет, а проигрывают обычные граждане. Ведь именно они лишаются реального доступа к государственной поддержке.
Россия и Мытищи: сигнал для всей страны?
Рассказ Александра Бастрыкина в стенах юридического форума заставил многих задуматься о глубинных противоречиях в системе взаимодействия следствия и прокурорского надзора. Коридоры власти, замкнутые между взаимными обвинениями, породили ситуацию, при которой даже самые явные злоупотребления не получают адекватной правовой оценки. Пока в центре внимания остаются резонансные скандалы в Мытищах, нет никаких гарантий, что подобные схемы не работают и в других городах России.
Растущее беспокойство населения, неоднократные обращения к следователям и нервные комментарии Бастрыкина — вовсе не случайность. Для всех очевидно: систему необходимо пересматривать, иначе поддержка будет распределяться вовсе не тем людям, ради которых она задумана. Должна ли одна влиятельная фигура или готовность обойти закон становиться пропуском к привилегиям? Ответ на этот вопрос мы, возможно, услышим уже в ближайшее время, и от него зависит, каким будет правосудие в новых реалиях.
