Цены на энергетический уголь в Европе показали уверенный рост в начале июня, увеличившись на 7-9%. Этот подъем напрямую связан с удорожанием природного газа, спровоцированного геополитической напряженностью на Ближнем Востоке. Данную динамику подтверждают аналитики рейтингового агентства НКР.
Специалисты Neft Research также фиксируют эту позитивную тенденцию. Например, стоимость высококалорийного угля (6000 ккал/кг) всего за первую неделю месяца поднялась на восемь процентов.
Новые возможности для российских поставщиков
Сложившаяся конъюнктура открывает перспективы для роста цен на российский уголь на альтернативных рынках. Причина в том, что конкуренты могут переориентировать часть своих экспортных потоков в более прибыльную сейчас Европу. Прямые поставки топлива российскими производителями в ЕС невозможны из-за действующих санкционных ограничений.
Эксперты угольной отрасли отмечают дополнительные факторы поддержки рынка: наводнения в Австралии и потенциальная забастовка железнодорожников в ЮАР, которые могут сократить глобальное предложение. Африканские производители также сталкиваются с операционными сложностями после длительного периода низкой рентабельности.
Оценка экспертов и меры поддержки
Александр Котов, партнер Neft Research по консалтингу, указывает, что текущий рост цен во многом обусловлен рыночными опасениями, а не фундаментальным дефицитом. Он выражает оптимизм, что стабилизация геополитической обстановки может привести к быстрой коррекции или закреплению котировок на достигнутых уровнях.
Основными поставщиками угля в Европу остаются США и Австралия, обеспечивающие свыше 60% импорта. Поскольку Австралия является ключевым конкурентом России на азиатских рынках, устойчиво высокие цены в Европе могут создать для российских компаний благоприятные условия сбыта в других регионах.
Важным позитивным сигналом для отрасли стали меры государственной поддержки, утвержденные главой правительства России Михаилом Мишустиным. Эти шаги направлены на преодоление кризисного периода, когда к концу мая все экспортные направления угольщиков стали убыточными, вынуждая сокращать добычу и инвестиционные программы.
